Некоторые высказывания Писания, на первый взгляд, настолько противоречат практике рукоположения женщин, что в евангелических церквах, опирающихся на принцип sola scriptura, они могут восприниматься как пренебрежение Библией. Документы же, в которых руководство евангелических церквей утверждает не только допустимость, но и необходимость ординации женщин, редко содержат убедительную библейскую аргументацию. Вместо нее, как правило, указывают на изменившееся положение женщины в современном обществе либо на достигнутый в последнее время внутрицерковный консенсус.
Эта книга выдающегося швейцарского мыслителя и богослова посвящена богословской "логике", то есть вопросу о том, что означает "истина" в событии Божьего откровения через вочеловечение Логоса и через излияние Святого Духа. В центре внимания богослова - фундаментальная проблема отношений между Богом и миром: может ли Бог сделать себя постижимым как Бог этого мира, не теряя своего божественного характера? Может ли Бог явить себя человечеству без того, чтобы люди "выковали" себе некое - подобное идолу - понятие о нем? Довольно ли той идеи, что человек есть "образ Божий", для того, чтобы сделать его "владельцем" самого Прообраза? Остро ставя эти и другие центральные вопросы христианского вероучения, Бальтазар приходит к выводу: Бог, который истинно и прямо истолковывает себя, при этом не перестает оставаться Тайной.
Введение в иудаизм, написанное одним из ведущих мировых специалистов по данному вопросу, отражает многолетний опыт преподавания автора в крупнейших университетах США. Книга будет полезна как для новичка, так и для специалиста, который найдет в ней множество интересных наблюдений.
В этом основательном труде, вышедшем в 1995 г., выдающийся немецкий богослов возвращается к своим главным идеям, которые он высказал в "Теологии надежды" (1964 г.), ставшей богословским бестселлером. И спустя тридцать лет он остается верен императиву надежды, утверждая, что христианская эсхатология не имеет ничего общего с апокалиптическими "окончательными решениями", ибо ее тема не конец, а новое творение. Она, по мнению Мольтмана, есть напоминание о надежде на воскресение распятого Христа, и потому говорит о новом начале после смертного предела.