Богословие и богословы стали публичной и одновременно спорной темой как в церкви, так и в современном обществе в целом... В этой ситуации стал неотложным диалог о богословии, разъяснение его путей, задач и границ. Эта книга возникла перед лицом вызовов развернувшейся дискуссии с целью изложить сущность богословской работы в условиях нашего времени и поддержать ее в существенной задаче служения познанию истины откровения и из нее - единству церкви.
Эта книга задумана как благодарное приношение Наталье Леонидовне Трауберг, верившей что "райские реки текли молоком, водой, вином и пивом" и как мало кто умевшей расцвечивать милостью самые сумрачные времена. Именно она однажды предложила собраться и "поговорить о еде в культуре". Авторы сборника - библеисты, историки религий, культурологи, этнографы, искусствоведы и литературоведы - попытались представить несколько возможных подходов к одному из древнейших культурных архетипов, а точнее устроить из многообразных приношений "пир понимания", собирающий разделенных людей и эпохи вокруг общего стола, где их ждут "простые и прекрасные субстанции".
Публикация "Послания к Римлянам" Карла Барта на русском языке - знаменательное событие для российского богословия. Именно эта книга обозначила решительный разрыв с либеральным богословием XIX столетия - богословием Шлейермахера и Гарнака - и произвела переворот в богословии XX века. Действие "богословской революции" Барта ощущается до сих пор: именно к Барту обращаются современные богословы в поисках новых направлений в нынешнем постмодернистском мире.
2-е издание.
Эта книга выдающегося швейцарского мыслителя и богослова посвящена богословской "логике", то есть вопросу о том, что означает "истина" в событии Божьего откровения через вочеловечение Логоса и через излияние Святого Духа. В центре внимания богослова - фундаментальная проблема отношений между Богом и миром: может ли Бог сделать себя постижимым как Бог этого мира, не теряя своего божественного характера? Может ли Бог явить себя человечеству без того, чтобы люди "выковали" себе некое - подобное идолу - понятие о нем? Довольно ли той идеи, что человек есть "образ Божий", для того, чтобы сделать его "владельцем" самого Прообраза? Остро ставя эти и другие центральные вопросы христианского вероучения, Бальтазар приходит к выводу: Бог, который истинно и прямо истолковывает себя, при этом не перестает оставаться Тайной.